Казачество левобережной украины и русско-турецкая война 1735—1739 гг. часть 8

В тревожных походах казаки действовали как соединениями, под командованием генеральных старшин, так и отдельными полковыми командами. Не стоит преувеличивать степень самостоятельности казацких войск. Во-первых, они подлежали российском офицеру, который отвечал за конкретный участок границы. Во-вторых, довольно часто казацкую команду распыляли по разным местам и ее командир оставался лишь с громким титулом. Значительные проблемы наблюдались во время мобилизации для тревожных походов. Главной причиной этих осложнений следует считать неучет возможностей полков. Хотя в 1738 был сделан подробный ревизию, российский генералитет считался не в возможности, а на нужды. Постоянные вирядження казаков на работы и плановую охранную службу приводили к тому, что старшина иногда физически не в состоянии была нарядить выборных или подпомощников в тревожный поход, поскольку их на территории полка оставалась мизерное количество. Не надо сбрасывать со счетов и уклонение казаков от мобилизации, с которым старшина не всегда могла справиться. Кроме того, действительно старшина чаще отправлялась летом в поход с армиями фельдмаршалов Ласси и Миниха, вынужденно поручая полковой правления людям, которые не имели опыта. С 1737. Норма становится практика привлечения к охране границ не только казаков, но и мещан и крестьян. Почувствовав губительны для экономики последствия такого решения, ГВК с сентября 1738 пытается ограничить использование крестьян. Сложно оценивать эффективность тревожных походов. Конечно, большое количество людей отрывалась от хозяйства, иногда за фальшивой тревогой. В то же время комплексные мероприятия по охране границ, частью которых были тревожные походы, не позволили противнику во время войны 1735—1739 гг. Более или менее длительное время находиться на территории Гетманщины или Слобожанщины. Выводы Проведенный историографический анализ показал, что специально участие левобережного казачества в русско-турецкой войне 1735—1739 гг. Не рассматривалась, а проблема изучения эволюции казачества как военного положения через призму войны не ставилась. Казачество в 1730-х гг. И его участие в боевых действиях рассматривались только в контексте других тем — политики России в отношении Гетманщины, военной истории России, дипломатической истории, военного искусства казачества, экономической истории Гетманщины и тому подобное. Родниковая база исследования является репрезентативной и позволила решить поставленные задачи. Большинство документов вводится в научный оборот впервые. Наиболее информативным относительно темы являются фонды ЦДИАУК. Речь идет, прежде всего, о фонде ГВК (ф.51) и ГВПК (ф. 1501), которые содержат материалы о мобилизации казачьих полков, участие гетманцев в боевых действиях, охрану границ, материальное обеспечение. Уникальным является фонд 1560 — Канцелярия наказного гетмана в Крымском походе Я. Горленко. По документам этого фонда четко прослеживаются отношения между командиром казацкого корпуса и выше российским генералитетом, маршрут войска в 1736 и т. Д. Менее информативными являются некоторые фонды полковых и сотенных канцелярий (63, 64, 98 и др.). На этом фоне выделяется комплекс документов Шептакивськои сотни Черниговского полка (фонд 64, дела 690-975), который позволяет достаточно полно судить о жизни сотни во время войны. Важнейшим в собрании ИР НБУ стали материалы коллекции А. Лазаревского, которые во многом способствовали персонификации событий войны. Прежде всего, речь идет о документах, которые фиксируют службу казацких старшин. Отношение представителей этого слоя до войны отражает их частная переписка. «Казацкая проблема» возникла в контексте отношений между Российской и Османской империями. Как Россия, так и Турция с союзниками обращали внимание на три составляющие этой проблемы — запорожское казачество, гетмана — эмигранта П. Орлика и Гетманщина. Активно действующими были первые две составляющие, и, если Турция стремилась образования единого антироссийского группировки, созданного из сторонников П. Орлика и запорожцев, то усилия России были направлены на возвращение запорожцев в свою сферу влияния, а затем на содержание запорожцев под российской протекцией и нейтрализацию воздействий П. Орлика среди казаков. На первый взгляд Гетманщина в этой борьбе не играла существенной роли и не проявляла рис субъекта международной политики. Источники не содержат свидетельств о планах левобережных старшин использовать военную ситуацию для изменения статуса Гетманщины. Однако анализ действий Российской и Османской империй позволяют утверждать, что радикально измениться расклад сил в регионе мог бы при условии ориентации Левобережной Украины на Турцию. Ни позиция Запорожской Сечи, ни действия П. Орлика не могли существенно повлиять на ситуацию на черноморском направлении российской экспансии. В то же время возможна координация антироссийских сил запорожцев и П. Орлика создавала возможность для дестабилизации ситуации в Гетманщине, позволяла проводить активную антироссийскую агитацию, что в условиях неизбежных военных трудностей было опасно для российского правительства. Такой взгляд на проблему позволяет объяснить внимание российского правительства к действиям П. Орлика, который не имел в своем распоряжении военных сил. Также становится понятным снисходительное отношение к поведению запорожцев, которое невозможно объяснить только реальной значимости сечевиков для регулярной армии. После окончания русско-турецкой войны 1735—1739 гг. Позиция Украинской в межгосударственных переговорах не учитывалась. Казаки выступали в качестве консультантов по определенным пограничным вопросам и рабочая сила, с помощью которой воплощались решение сторон о разграничении границы. Обеспечивать лояльность Гетманщины должен комплекс мер. Отметим, что традиционно большое внимание уделялось недопущению контактов левобережной старшины с представителями П. Орлика. После начала русско-турецкой войны 1735—1739 гг. Воплощения такой политики облегчалось комплексом против — шпионских мероприятий, прекращением торговли с Османской империей и жестким контролем за прибывшими на пограничный форпост. Важным элементом контроля за старшинским лояльностью стал переход права земельного пожалования к исключительной компетенции Петербурга. Уверенность российского правительства относительно своих позиций на Левобережье проявилась в запрете выборов гетмана и других шагах, которые ограничивали автономию Гетманщины. Можно констатировать различия в отношении к Гетманщины со стороны военачальников и правительственных факторов. Военные считали себя полноправными обладателями края, не должны считаться с местными особенностями или считаться с мнением населения, в том числе казацкой старшины. Реквизиции и принуждение по казаков, крестьян и мещан объясняется, прежде всего, соображениями целесообразности. С другой стороны, российское правительство и его уполномоченные пытались проводить более взвешенную политику. Относительно старшин, кроме механизмов контроля, применялись механизмы поощрения за верную службу — карьерное продвижение, земельные предоставления и тому подобное. Правительство избегало репрессивных мер, которые могли бы вызвать громкий общественный резонанс. Запрет реквизиций, да не воплощена в жизнь, должна склонять жителей левобережных полков к политике Кабинета Министров. Анализ положения отдельных категорий левобережного казачества показал, что правовой статус правительственной старшины, в отличие от значительного военного общества и рядового казачества, не претерпел изменений. Российское влияние на эту группу имел скорее механический характер и был связан с запретом выборов гетмана или назначением на старшинские должности, в том числе россиян, что на протяжении 1735—1739 гг. Находился в руках главы ПГУ и, реже, зависело от российских военачальников. Власть в условиях войны требовала изнурительной службы и не воспринимала объяснений относительно невозможности ее выполнения. Существовала мобилизационная норма, которая требовала выхода в дальний поход не менее 50% правительственной старшины. Если к этому добавить ближние походы, то становится понятным, насколько интенсивной была служба этой категории старшины.

Комментарии закрыты.